История нашей фирмы началась в эпоху перестройки. В 1989 году финансирование НИИ, где в то время я работал, прекратили. И кем только не пришлось мне тогда подрабатывать: токарем, шлифовщиком, слесарем, ночным сторожем. Как-то приятель-кооператор, работавший с французами, привез из очередной поездки солдатиков и спросил: «Сможешь сделать 1000 штук? Продадим за валюту!»
Мы с женой, историком по образованию, нашли литературу и начали "производство" на кухне. Я формовал-отливал-обрабатывал, она красила. Поняли, что вдвоем нам не справиться с таким объемом. Позвали друзей на подмогу. Когда же работа была выполнена, принесли мы солдатиков тому приятелю-кооператору и услышали в ответ, что опоздали, мол, со сроками и они теперь никому не нужны….

Чтобы как-то получить деньги за свою работу пытались поставить их на продажу в магазины, но в основном получали отказы. В те времена на Невском стояли лоточники и торговали матрешками. Один  лоточник взял несколько фигур на пробу, а вечером звонит и кричит: «неси еще, всех продал». Так началось серийное изготовление солдатиков.
Первые модели были угловатые, не в масштабе, но глядя на них сейчас (хранятся на отдельной полочке) испытываешь умиление.
В 1992 году у нас появился первый иностранный партнер из США, который стал ежемесячно заказывать дешевых солдатиков. Начали обучать новых людей рисованию. Оказалось, что проще научить девушку, которая никогда кисточку в руке не держала, чем переобучить художника и далеко не каждый мужик может держать паяльник в руках, а тем более лить или формовать.  А американец требовал все больше и больше фигур.  Постепенно наша квартира стала превращаться в мастерскую и склад готовой продукции. Можете представить себе стоящими на полу 1000 расписанных солдатиков, готовых к отправке.

Появилось две бригады художников одна сувенирная, другая коллекционная, литейная, также работавшие по квартирам в разных частях города. Мы начали задумываться об офисе и в это же время, появилось название нашей компании «Ниена» (Ниена – древнее название реки Нева и шведской деревушки на ее берегах).
В 1994 году я поехал в США, где мне показали центробежную машину и провели трехдневный курс обучения работы на ней.
Английский язык я тогда знал на уровне «читаю, перевожу со словарем», но в работе с техникой знание языка не потребовалось, а язык сам включился (наверное, с перепуга) когда пришлось общаться с американцами вне завода.
Через полгода у нас появилось оборудование, и мы сняли маленькую комнату на заводе в аренду. Очень быстро этой комнаты оказалось мало, так как оказалось удобно, что и литейщики и обработчики и художники находятся рядом, а для заказчиков можно сделать выставочный зал, да и самим приятнее сидеть в красивом офисе.

Как говорится «не было бы счастья, да не счастье помогло»
Пропадает наш американский партнер, а рынок сбыта в Петербурге работал только летом в туристический сезон. Меня, как уже владеющего английским языком, наша компания делегирует на выставку - продажу в Женеву. Про то, что я в жизни ничего не продавал, никто и не думал. У меня было около 2000 солдатиков , 20 долларов, а в России друзья, которые должны кормить свои семьи.
К своему удивлению я продал все фигуры до одной и обзавелся партнером в Германии, который стал моим другом. Дальше были выставки в Италии, Франции, Испании, Португалии Германии, Англии, США.
Как – то раз я посчитал, что больше времени проводил за границей, чем дома. Водил на экскурсию итальянца по Риму, француза по Парижу. Мер г. Ницца (тоже коллекционер) приезжал в гости на нашу фирму.
На всех крупных выставках ВИМ у нас всегда был большой стенд с огромным ассортиментом фигур, покрашенных в разных уровнях, от сувенирного до самого сложного коллекционного.
Несколько лет участвовали в крупнейшей оптовой выставке в Франкфурте-на-Майне. В начале нового века и в России начал появляться интерес к ВИМ. В отличие от западных коллекционеров, наши видят и ценят авторскую работу и, если хотят сделать подарок кому-нибудь, выбирают самого лучшего (на свой взгляд), не важно, сколько он стоит, есть кризис или нет.
В последнее время многие фирмы стали заказывать и дарить своим сотрудникам собственные, оригинальные подарки. В этом мне видится развитие оловянной миниатюры с образованием нового рынка корпоративных подарков. В этой сфере школа ВИМ незаменима.
Нас очень радует, что дети все чаще тоже становятся коллекционерами ВИМ и покупают не игрушку, чтобы разломать, а со знанием военной истории.

Однако надо честно признаться, фирма состоялась только благодаря Ирине, моей жене. Она взяла в руки кисточку и красила первые фигуры, вдвоем с подружкой (ныне известная художница Татьяна Михайлова) за ночь расписывали комплект шахмат. Она обучила технике росписи других, создала бригаду и передала ее своей ученице (также известной художнице) Светлане Федоровой.
Втроем они придумали технику коллекционной росписи. Она руководила всем коллективом, вела телефонные переговоры с российскими и зарубежными партнерами (в том числе и по ночам), контролировала сроки выполнения заказов, в общем, делала все то, что я делать не любил, оставляя мне время для моих экспериментов.
Из каждой поездки я привозил историческую литературу на разных (пяти) языках. Сейчас наша библиотека насчитывает несколько тысяч книг и журналов. Найти нужную информацию за считанные минуты может только Елена Ефимова.
Одно время у нас были менеджеры по продажам, которые разбежались после очередного кризиса. В наследство осталась путаница в отчетах, ломаные фигуры. Галина Бобкова, оставаясь бригадиром художников, смогла навести полный порядок во взаимоотношениях с магазинами, обучила продавцов магазинов, как правильно расставлять фигурки в витринах, рекомендует начинающим коллекционерам не покупать все подряд, а продумывать свою коллекцию. И коллекционеры также любят просто поболтать с Галиной.
Надо отдать должное и коллективу нашей фирмы. Не было ни одного заказа, который бы мы сорвали, какими бы жесткими не были сроки. Были и работы сутками, без выходных, в ущерб семье. Когда во время очередного кризиса не было денег заплатить за аренду и купить металл все принесли свои кредитные карточки.
Но были (и есть) общие праздники, совместные выезды на природу, отпуска плановые и внеплановые.
Вот только шутки на рабочую тему не проходят. Как то рано утром 1 апреля Ирина позвонила бригадиру художников с тем, что готовую к отправке партию солдатиков надо перекрасить в другие цвета. Через 10 минут ответным звонком было сообщено, что все уже готовы и работу распределили.
За 20 лет работы нашей фирмы десятки людей получили новые специальности: художник росписи по металлу, форматор виксинтовых форм, вулканизируемых форм, литейщик художественного литья, скульптор – миниатюрист, историк по костюмам, а сколько людей обрело свое хобби вообще не сосчитать





Краткая биографическая справка

Бакланов Игорь Евгеньевич 03/11/1958.

Родился я в семье инженеров-исследователей в секретном городке около Свердловска. С детства меня тянуло узнать, что находится «там внутри» и «как это сделано». С этой целью я уничтожил очень старого оловянного солдатика, чтобы понять из чего он сделан, а потом пытался его воссоздать (безуспешно) уничтожив аккумулятор. В 13 лет мне подарили набор « Юный Химик» и я за полгода выучил весь школьный учебник химии, перевелся в спецшколу с химическим уклоном и был принят в группу «Юный химик» при университете. Не всегда удачные опыты привели к тому, что врачи запретили мне заниматься химией, и я пошел по стопам родителей, т.е. получил инженерное образование (красный диплом)
По окончании института работал в спец КБ в экспериментальной лаборатории, вечерне прошел обучение на кафедре мат-меха Ленинградского Университета и заочно аспирантуру при Политехническом институте. Защитил диссертацию.